Они шли вместе по улице несколько кварталов до того места, где она садилась в трамвай. Фабрика находилась в южной части Чикаго; пока они шли, уже наступал вечер. Вдоль улиц вытянулись некрашеные деревянные домишки. Чумазые крикливые дети бегали по пыльной мостовой. Девушка и её спутник "переходили через мост. Две заброшенные угольные баржи гнили в реке.

Мастер тяжело шагал рядом с девушкой, стараясь спрятать руки. Перед уходом с фабрики он тщательно скреб их, но все-таки они казались ему какими-то тяжелыми, грязными кусками фабричных отбросов, висевшими у него по бокам. Эти прогулки продолжались лишь одно лето, да и то их было всего несколько.

- Жарко сегодня, - говорил он. - Очень жарко. Видно, будет дождь.

Он никогда не говорил с ней ни о чем, кроме погоды.

Девушка мечтала о возлюбленном, которого она когда-нибудь встретит, высоком, красивом молодом человеке, и непременно богатом, владеющем домами и землями. Простой мастер, который шел рядом, не имел ничего общего с ее представлением о любви. Она позволяла ему провожать ее, задерживалась в конторе до ухода других служащих, чтобы незаметно пройтись с ним, потому что ей нравились его глаза, нравились тот пыл и покорность, которые светились в них. В присутствии его не было никакой опасности, не могло быть опасности. Он никогда не попытается подойти к ней близко, дотронуться до нее рукой. С ним она была в полной безопасности.

У себя на квартире по вечерам мастер сидел при электрическом свете с женой и тещей. Двое детей спали в соседней комнате. В скором времени жена ожидала третьего ребенка. Сегодня муж ходил с ней в кино, и скоро они вместе лягут спать.

Вот он лежит с открытыми глазами и думает. Прислушивается, как скрипят пружины кровати в другой комнате, где его теща укладывается слать. Жизнь заключена в слишком тесные рамки. Он будет лежать в напряженном состоянии, ожидая - ожидая чего?