Шотландец повел плечами.

— Знаете, командан, меня уже ничем теперь не удивишь, — признался он. — Разве вся эта история от «а» до «я» — не сплошной анекдот про сумасшедших?

На этот раз Боб не шелохнулся и никак не прокомментировал оценку друга. Он продолжал, не разжимая зубов, вести машину. Билл счел, что не стоит ещё раз пытаться прервать это упорное молчание. Он прекрасно знал Боба и его привычки и понимал, что если тот настолько замкнулся в себе, значит все шло наперекосяк. Если не сказать сильнее…

Так в молчании они и выехали из города. Через его северные окраины и с четверть часа катили по шоссе, идущем параллельно Хугли и поднимающимся к Бэррекпору, Бхатпара, Кришнагару и Беремпору.

Проскочив последние пригороды Калькутты, Боб свернул направо, на узкую дорогу, которая, однако, была ухожена получше той, которую они только что оставили. По всей видимости, речь шла о частной дороге. Моран и Билл и не сомневались в этом, поскольку проезжали здесь уже не раз.

Боб выключил фары, а когда до монументальной входной арки, окаймленной двумя живыми изгородями из индийского инжира, осталось около сотни метров, он завел машину в прогал между деревьями, тянувшимися вдоль дороги, и припарковался так, чтобы её никто не смог заметить.

Ступив на землю, друзья направились к грандиозной арке, стараясь на ходу придерживаться тени деревьев. Дворец Тани Орлофф, вероятно, когда-то был резиденцией какого-нибудь бенгальского принца, поскольку был выстроен в чисто индийском стиле, с колоннадами, куполами, величественными лестницами, водоемами и аллеями, по краям которых выстроились статуи, представлявшие весь индийский пантеон богов и демонов.

Решетка главного входа, по бокам которой возвышалась пара огромных каменных слонов, была заперта, в чем Боб ип шотландец убедились, подойдя к ней вплотную. Честно говоря, они и не рассчитывали, что она окажется открытой, а посему тотчас же отошли от неё и двинулись вдоль старой стены, обвитой растениями-паразитами, и опоясывавшей весь парк.