- Ах, горькие вы мои. Жаль мне вас, обоих жаль. - Раскинув руки, она сделала шаг к Каре, и та уткнулась головой ей в плечо. - Ричард! - повернулась она к нему, не надеясь, что тот примет от нее ласку, но сердце и чувство приличия говорили ей: надо ему это предложить.

Он взглянул на нее, кусая нижнюю губу, и гнев, полыхнувший из его глаз, заставил ее еще ближе придвинуться к Каре, к ребенку в ее чреве, которого он, без сомнения, ненавидел с бешеной яростью, хотя как порядочный человек не позволял себе в этом признаться.

- Со мной все нормально, - буркнул он.

- Не верю. Не может этого быть, - сказала Дороти. - Это дитё - ребенок изверга, топтавшего вашу жену. И с вами все нормально? Не может так быть. Со мной было бы иначе.

Кара оцепенела. Комнату наполнило жужжание кондиционера.

- Я, думается, как-нибудь обойдусь без объятий, - процедил Ричард.

Начался осмотр. Кара выставила перед Дороти матовый полукруг своего живота. Улеглась и раскинула ноги, а Дороти, войдя в нее одетой в перчатку рукой, обследовала шейку матки. Потом измерила давление, сосчитала пульс, помогла ей взгромоздиться на весы.

- Состояние - лучше некуда, - объявила Дороти, когда Кара принялась одеваться. - Только продолжай делать все то, что, ты сказала, уже делаешь. И ребенок у вас будет тоже лучше некуда.

- Кто, по-вашему, это будет? - подал голос Ричард - впервые с тех пор, как начался осмотр.

- Кто? Мальчик или девочка, вы хотите спросить?

- На ультразвуке они не смогли ничего сказать. Я знаю, верного способа определить такое дело нет. Но я так посчитал - у вас как повивальной бабки, может, есть свой секретный - мистический, что ли - способ это узнать.

- По правде говоря, я никогда тут не ошибаюсь, - заявила Дороти, - или так редко, что можно считать, никогда.

- Ну и..?