- Тёсу нет, Матвей Терентьевич.

- То тёсу нет, то гвоздей... Ещё год будете канителиться?

- Как же без тёсу-то? Аль без гвоздей? Соплями, Матвей Терентьевич, не скрепишь доски.

- Я звонил на пилораму, - устало сказал дядя Матвей. - Тёс будет. Завтра привези и давайте, к чёртовой бабушке, заканчивайте сушилку. Свинарник развалился... Надо ремонтировать.

- За нами дело не станет, Матвей Терентьевич, - был бы тёс.

Матвей угрюмо взглянул дяде в глаза, пошевелил скулами и грузно зашагал в правление.

- Вздохнуть не даёт, леший... - выругался дядя. - Сверлит глазищами! Больше всех ему надо, версте коломенской...

Мне бригадир ничего плохого не делал, и я не мог сказать, что он нехороший человек. А мама и дядя Петя в один голос ругали его и очень были недовольны, что Матвея назначили бригадиром. Отец ничего на этот счёт не говорил, поэтому я у него однажды спросил: правда ли, что дядя Матвей плохой человек? Отец очень удивился:

- Кто тебе такую чушь сказал?

- Все говорят...

- Кто все?

Пришлось сказать, что так говорят мама и дядя.

- Ерунда это, - сказал отец. - Матвей порядочный человек.

- А дядя Петя? - спросил я.

- Уроки сделал? - заговорил о другом отец. - Нет? Вот иди и делай...

Разберись у взрослых, кто плохой, кто хороший. Я видел, как сейчас бригадир посмотрел на моего дядю. Как будто Пётр Севастьянович его обокрал. Или обозвал нехорошим словом. А в чём мой дядя виноват? Ну, нет тёсу и гвоздей. Были бы стройматериалы, он давно бы эту зерносушилку построил. И свинарник отремонтировал. Все говорят, что к плотницкому делу у дяди талант. В его руках топор как игрушка.

- Поедешь со мной в воскресенье в город? - спросил дядя.

- Па мотоцикле?

- С ветерком прокачу!

Хороший у меня дядя! Вот в город возьмёт. На мотоцикле поедем. Попрошу, чтобы посадил на заднее седло. Эх, только бы не проспать!

10.