Они обходят друг друга, прячут глаза, но взгляды их невольно встречаются, когда они украдкой посматривают на гувернантку. За столом они наблюдают за кузеном Отто, который уже давно живет у них в доме, как за чужим. Они с ним не разговаривают, но, под опущенными веками, глаза их искоса следят, не подаст ли он знака фройлейн. Они обе встревожены волнующей тайной. После обеда они не играют, как обычно, а хватаются то за одно, то за другое, и все валится у них из рук. Только вечером одна холодно спрашивает другую, точно это ее мало интересует:

- Ты опять что-нибудь заметила?

- Нет,- отвечает сестра, отворачиваясь. Обе как будто боятся разговора.

Так проходит несколько дней; девочки молчат, они томятся безотчетной тревогой, пытаются разгадать заманчивую тайну. Наконец младшая во время обеда замечает, что гувернантка делает Отто знак глазами, Он отвечает кивком головы. Девочка дрожит от волнения. Под столом она тихонько касается руки старшей сестры и, когда та оборачивается, бросает ей сверкающий взгляд. Та мигом все понимает, волнение сестры передается и ей.

Едва они встали из-за стола, как гувернантка обращается к девочкам:

- Пойдите к себе и займитесь чем-нибудь, У меня болит голова, я хочу отдохнуть полчасика.

Дети опускают глаза. Они тихонько подталкивают друг друга. Как только гувернантка ушла, младшая говорит сестре;:

- Вот увидишь, сейчас Отто пойдет к ней в комнату.

- Конечно. Потому-то она нас и услала.

- Давай подслушивать у двери!

- А вдруг кто-нибудь придет?

- Кто может прийти?

- Мама.

Девочка пугается:

- Да, верно...

- Знаешь что? Я буду подслушивать, а ты останешься в коридоре и подашь мне знак, если кто-нибудь придет. Так нас не поймают.

Младшая хмурится:

- Но ты же мне ничего не расскажешь!

- Расскажу!