Поиск места в столовой во время обеда требует хитрости и сноровки. Иногда я сажусь с Линдси — правда, она большую часть времени разглагольствует о спасении мира, лесов или о зимних пальто из новой коллекции. Кэролайн всегда готова потесниться и дать мне место, но только с тем условием, что я не буду ни с кем заговаривать. Ей не очень-то нравится, когда я задаю ее подружкам вопросы вроде «Тебе не кажется, что надпись на футболке "Торможу перед мальчиками" чересчур прямолинейна?» и добавляю «Вообще-то, незаконно не делать этого». Заканчивается все обычно тем, что я сажусь где-нибудь в уголке и тихо читаю там или работаю над своими статьями.

Но после странного происшествия на собрании было бы глупо не воспользоваться инсайдерской информацией. Я пробираюсь к пестрящему всеми цветами радуги столику Кэролайн, и она отодвигается, освобождая для меня место. Она не сводит глаз с центрального прохода, где вокруг одного из столиков толпятся Влад, Марисабель и несколько других незнакомых мне учеников. «Интересно, это солидарность новеньких или они все знакомы?» — думаю я, но, прежде чем я успеваю высказать это вслух, мое внимание отвлекает Кэролайн.

— О. Боже. Мой. Софи, он мне подмигнул! То есть мне кажется, что мне. — Она обводит наш столик оценивающим взглядом. — Да, это точно было мне. Это было, ну, так волнующе! Я никогда в своей жизни не чувствовала ничего подобного — даже тогда, когда Томми отдал мне свою футболку после матча выпускников.

— Думаю, это было... э-э-э... потно!

— Ты же понимаешь, о чем я. Аманда, объясни ей!

Я перевожу взгляд на трех ее лучших подружек, сидящих рядышком напротив меня. Они выглядят как один человек с тремя разными стрижками.

— О да, это так волнующе! — говорит средняя, кивая головой и потряхивая длинными сережками в знак согласия.

«Ты не сказала ничего нового, Аманда», — думаю я. Но не успеваю я потребовать пояснений или хотя бы решить, нужны ли мне пояснения, как Кэролайн хватает меня за руку и страшным шепотом произносит мое имя.