______________

* Модные в начале XIX века шейные платки, названные по имени знаменитого английского боксера Бельчера.

** Название лондонской тюрьмы.

*** Теплое вино с пряностями, род глинтвейна.

Утро прошло у меня в нанизывании всевозможнейших домыслов. Но так как я каждый раз строил свои системы исключительно на догадках, любой шаг незнакомца выворачивал их наизнанку и повергал мои мысли в смятение. Таковы одинокие занятия лихорадящего ума. Как было сказано выше, нервы мои разыгрались; непрерывные размышления по поводу незримого персонажа начали оказывать свое действие: я впал в тревогу и беспокойство.

Наступило время обеда. Я надеялся, что полный джентльмен будет обедать в зале для проезжающих и что мне удастся, наконец, бросить на него взгляд, но, увы! ему подали обед в его комнату. В чем смысл такого уединения и всей этой таинственности? Нет, он, разумеется, не радикал: в его отчуждении от всего света, в его готовности обречь себя на тоскливое одиночество, - и притом в унылый, дождливый день, - сказываются, бесспорно, повадки аристократа. И, кроме того, для политика, состоящего в оппозиции, он слишком роскошествует. Он потчует себя, видимо, множеством блюд и подолгу сидит за вином, как человек, сдружившийся с безмятежным существованием. И действительно, мои сомнения длились недолго. По моим расчетам, он не кончил еще и первой бутылки, как до меня донеслись какие-то гнусавые звуки - полный джентльмен напевал; вслушавшись, я обнаружил, что это "Боже, спаси короля"*. Ясно, что это не радикал, а верноподданный, человек, верноподданнические чувства которого воспламеняются за бутылкою и который готов постоять грудью за конституцию и короля... когда стоять ему больше не за что.