— Я, я пойду, — вызвалась Мышка.

Вскоре она ушла.

Мышка вернулась к Стене Ожидания вместе с Норкой, там уже был Хорек с буханкой хлеба и колбасой. Хорек нахально улыбнулся воровке.

— Можно не сомневаться, что ты появишься там, где пахнет едой, — сказал он вместо приветствия.

— Привет, Хорек, Филин, Осел. Так что у вас приключилось? А то Мышка с испугу только что-то попискивает.

— Я хочу, чтобы ты припрятала мои деньги, — сказал Филин, — если ты не против.

У Хорька глаза полезли на лоб:

— Ты хочешь припрятать деньги от Захира?

Филин кивнул, а Хорек даже присвистнул:

— Давно пора.

Филин оторвал большой лоскут от своей потрепанной рубахи и завязал монеты в узелок. Потом он небрежно бросил сверток Норке. Оценив его вес, она не смогла скрыть удивления.

— Пересчитал?

Он покачал головой.

— Там немного серебра и куча мелочи.

— А что произошло?

Осел рассказал им о случившемся, пока они уминали хлеб с ломтями колбасы. Он был абсолютно спокойным, но остальные — потрясены. Хотя было очень жарко, Мышка жалась к Филину, будто дрожа от холода. Осел умолк, но никто не решался нарушить тишину, потом заговорила Норка:

— Хижан говорит, что знатные денег не считают.

— Какая мудрая мысль, и от кого я ее слышу! — прокомментировал ее слова кто-то рядом.

Все подпрыгнули. Это оказался портовый грузчик, Акулья Наживка. Норка гордо вскинула голову и дерзко уставилась на него. В его присутствии она всегда чувствовала некоторую неловкость. Норка не любила противоречий, а Акулья Наживка был весь соткан из них. Говорил он, как дворянин, но его лицо, все в шрамах, и мозолистые руки выдавали рабочего. За ним закрепилась репутация человека расчетливого и безжалостного, но к ней и ее друзьям он был неизменно добр. Филин, который хорошо разбирался в людях, доверял ему.

— Акулья Наживка! — воскликнул Филин. — Что ты здесь делаешь?