Я и сам знал, что переживет. Этой проныре все надо было знать, и она вытягивала у взрослых нужные ей сведения такими путями, что мне становилось стыдно.

Один из ее фокусов заключался в том, что она с высокомерным видом несколько раз повторяла где-то услышанное и ждала, какая будет реакция. Примерно такой номер она провернула и с Дэнисом Корби.

- Мамочка, - сказала она на следующий день, - ты знаешь, что сказал этот глупенький Дэнис?

- Что, милая?

- Он сказал, что родился в Англии, а его мама там ни разу не была, объявила Сузи и залилась фальшивым смехом.

- Господи, неужели вам больше поговорить не о чем? - воскликнула мама с негодованием. - Ну не все ли равно, где родился этот бедный ребенок?

- Ну вот, не верила мне! - сказал я Сузи потом. - Я так и знал, что ты только рассердишь маму, и все. Говорю же тебе, с этим Корби что-то нечисто, и мама все про это знает. И зачем он только явился в наш дом!

В субботу мама дала нам по несколько пенсов и послала меня с Дэиисом гулять. Да, сурово она со мной поступила - ведь для ребят из моей компании Дэнис слишком низкого пошиба. Но мама отказывалась это понимать, а объяснять ей язык не поворачивался. Я чувствовал - она бы только разозлилась на меня.

Был чудесный солнечный день, мы торчали на перекрестке и собирали пустые пачки из-под сигарет - их выбрасывали выходившие из трамваев. Скоро с холма спустился Бэстебл и еще один парень, самые "сливки общества", они даже учились не в нашей обычной школе, а в особой, классической.