— Конечно, поверю, родной мой. Потому что, если бы ты был плохим человеком, ты мог бы убить меня с самого начала. Я понял, что ты хороший человек. Ну, родной мой, ты в город по делу идешь?

— Да.

С наступлением вечерних сумерек они добрались до Ташауза. Теперь Беков, знавший город, шел впереди. Он уверенно двигался по кривым улочкам, змеившимся между низко построенными глиняными домиками. Когда Туманов попытался уточнить, куда они направляются, тот ответил:

— Родной мой, ты же знаешь, что я за человек. Следуй за мной. Плохо не будет.

То поднимаясь вверх, то опускаясь вниз, они про шли мимо тускло светившихся окон и потом останови лись у дверей одного дома. Беков открыл дверь и зажег два фонаря.

В комнате была деревянная застеленная кровать, стол, стулья. Около печки лежала охапка сухих дров. Хозяин дома — Беков развел огонь и поставил чай. Затем вышел во двор и принес завернутое в бумагу мясо, нашел морковь, лук.

Пока в казане жарилось мясо, Беков порезал лук и морковь. Проделал он это очень ловко и быстро.

Приблизительно через два часа плов был готов. Два человека сели перед одной тарелкой. Беков, умело подбирая плов, ел его рукой, Туманову давалось это с трудом, тогда Беков подал ему ложку и сказал:

— Оказывается, родной мой, ты раньше в наших местах не был.

Туманов кивком согласился.

Потом легли спать. Утром, после чая, Туманов, попрощавшись с Вековым, собрался уходить.

— Больше не встретимся, родной мой?

— Встретимся. Нельзя забывать место, где пробо вал хлеб-соль.

— Где тебя искать, родной мой?

— В ГПУ.

* * *

После холодного северного ветра пошел снег. На чальник Ташаузского отдела ГПУ Туркменской ССР наблюдал за падаюшим снегом через одинарное узень кое окно. В комнате находились его заместитель и два сотрудника.

На столе начальника кучами лежали бумаги.