- Право же, вы сегодня несносны!

- Сегодня? Он всегда несносен, - заявила Этелька Шпрингер. - Не правда ли, Стани? Тем не менее вы можете пожать руку старой приятельнице. У меня на пальцах нет чернильных пятен.

Этелька Шпрингер и Станислав Демба были знакомы давно. Он был репетитором ее младшего брата, получая за уроки обед, и протащил его через четыре класса прогимназии. Этелька Шпрингер познакомила его с Соней. Но, несмотря на это, Этелька Шпрингер не удостоилась рукопожатия.

- Вам? - промолвил Демба и скривил губы. - Я боюсь вывиха.

- Вы невежа! - сказала Этелька Шпрингер. - Соня хорошо делает, что... - она приумолкла.

- Что делает Соня?

- Ничего!

- Что делает Соня? - крикнул Станислав Демба. Он вскочил со стула и был бледен как мел. - Что делает Соня?

- Не кричите так! Ничего, - ответила Этелька Шпрингер.

- Я желаю знать, что хотели вы сказать про Соню! - взревел Демба вне себя.

- Ничего я не хотела сказать. Оставьте меня, пожалуйста, в покое.

Этелька повернулась к нему спиной.

С треском опустились кулаки Станислава Дембы на доску стола. Что-то задребезжало, как будто разбилось большое зеркальное стекло. Практикант, задремавший в углу, вскочил и протер себе глаза. Клара Постельберг и Этелька Шпрингер обернулись и увидели Дембу, тяжело дышавшего, прислонившегося к письменному столу. Он был, по-видимому, сам испуган своей неожиданной яростью. Руки его опять исчезли под светлым пальто.

- С ума вы сошли, Стани? - крикнула Этелька Шпрингер. - Вы разбили мою чернильницу!

Но чернильница стояла невредимой на столе. Только немного чернил разбрызгалось, образовав два островка на металлической плите письменного стола.

- Но ведь какую-то вещь вы разбили. Стакан или что-нибудь другое. Я слышала ясно, как зазвенели осколки! Этелька Шпрингер тщетно искала осколки на полу.

- Что делает Соня? - спросил Станислав Демба, на этот раз очень спокойно.