Женщина забрала книгу.

- А теперь, Виола, я хочу, чтобы ты ушла. Ты нехорошо со мной поступила, и нехорошо поступила с этими неграми, которые хотели тебе помочь, пустили в дом, приглашали на вечеринки и куда там еще. - Отвернувшись и глядя на долину, она говорила быстро и резко. - Так что уходи. Возвращайся лучше в Алабаму, к своим.

- Ладно, мэм, - проговорила негритянка без всякого выражения и стала спускаться с крыльца.

Женщина подошла к краю веранды.

- Уезжай, - сказала она. - Не желаю тебя больше видеть, никогда.

Негритянка медленно шла по неровной кирпичной дорожке. У калитки она остановилась, провела пальцами по серому штакетнику. Потом обернулась.

- Я бы про вас такого никогда не сказала, миз Аллен, - сказала она. - Я хочу вас видеть, - и выйдя из ворот, стала спускаться по склону холма.

Женщина села на верхнюю ступеньку, жадно затянулась и выдохнула дым. Из двери вышел ее муж.

- Уволь ты ее, - сказал он с неприязнью.

- Уже. Хитрый ты, - взгляд у нее был укоризненный, - уходишь, а всю грязную работу оставляешь мне. Вечно ты так.

- Присутствовать при этом было выше моих сил, - миролюбиво сказал он. - У меня чувствительная натура. - Он бесцельно стукнул несколько раз по клавишам машинки. - И что ты ей наговорила?

- Это было ужасно, - сказала она. - Просто отвратительно. - Она поднялась и направилась к открытой двери. - Я вела себя как ханжа, как какая-нибудь ретивая дура-христианка.

- Ну правильно, ты же посещала воскресную школу, скажешь - нет?

Она докурила сигарету до конца, оторвала прилипший к губе окурок и погасила о дверной косяк.

- А под конец я сказала, что больше не желаю ее видеть.

Он перевел каретку, чтобы начать новый абзац, и откинулся на стуле.