Видите ли, по вопросу о деньгах мы до сих пор адресовались только к бедным и беднейшим, полагая, что именно они больше других расположены к богу, в милостях которого они особенно нуждаются. Словом, мы думали, что деньги дадут массы. К сожалению, мы констатируем, что именно эти слои населения проявляют по отношению к богу совершенно необъяснимую сдержанность. Это происходит, возможно, и потому, что у них ничего нет за душой. Вот почему я, Паулус Снайдер, от вашего имени решил пригласить чикагских богачей и зажиточных граждан, чтобы они помогли нам в следующую субботу обрушиться на безверие и материализм города Чикаго, и в первую очередь на городские низы. Из этих сумм мы и нашему дорогому домовладельцу, господину Малберри, внесем столь любезно отсроченную им квартирную плату.

Малберри. Мне это было бы очень приятно. Впрочем, не извольте беспокоиться по этому поводу. (Уходит.)

Снайдер. Так-с. Теперь отправляйтесь-ка бодро и весело на работу и прежде всего наведите чистоту на парадной лестнице.

Черные Капоры уходят.

(Беднякам.) Скажите-ка, уволенные по-прежнему терпеливо стоят на боенных дворах или они уже начали говорить строптивые речи?

Вдова Лаккернидла. Со вчерашнего дня они подняли крик, узнав, что заводы получили заказы.

Глумб. Многие поговаривают, что скоро наступит время, когда без мордобоя вообще никакой работы не достанешь.

Снайдер (про себя). Вот это славно! Когда в них полетят, камни, мясные короли много охотнее станут приходить и слушать нас. (Беднякам.) Вы хоть бы дров нам накололи!

Бедняки. Дров больше нет, господин майор.

Появляются мясозаводчики: Крайдль, Грэхем, Слифт, Mейерс.

Mейерс. Грэхем, меня интересует, куда девался скот?

Грэхем. Меня зудит тот же вопрос. Где скот?

Слифт. И меня.

Грэхем. И тебя? Небось и Маулера. А?

Слифт. Вероятно, и Маулера.

Мейерс.

Какой-то сукин сын скупает скот.

Он знает хорошо, что мы должны