Да вы что, оба тут с ума посходили?

Старый Девере забарахтался в постели, делая отчаянные попытки сесть; он отбросил одеяло и простыню распухшими старческими руками и хватал ртом воздух, стремясь высказать Фэкси все, что он о нем думает.

- Разбойник ты этакий! - с трудом прохрипел он, - Да если бы воздавать тебе должное, тебя бы надо упечь за решетку!

- Будет, мистер Девере, будет! - закричал отец Ринг, испугавшись, что старик сейчас помрет, не успев даже наметить завещание. - Успокойтесь же, - добавил он, отодвигая бумаги в сторону и пытаясь снова уложить Девере.

- Я не оставлю ему ни одного пенса! - гремел Девере, так что голос его был слышен на той стороне улицы. - Ни полпенса! Пусть живет на то, что наворовал из кассы!

- Много там было чего воровать, - осклабившись, прошипел Фэкси, склоняя над ним свой череп, обтянутый кожей.

- Ни полпенса! - повторял старик, в неистовстве молотя кулаками по своим коленкам и раздуваясь, как мыльный пузырь, переливающийся всеми цветами радуги.

- Двести пятьдесят фунтов! - гаркнул Фэкси, обнажая беззубые десны и тыча себе в левую ладонь, будто там у него велись все подсчеты. - Вон сколько мне причитается! Все у меня записано черным по белому. Это надо столько жалованья задолжать! Но военное министерство не даст меня в обиду!

- Разбойник ты этакий! - задыхаясь, выдавил из себя Девере.

- Сестра! - закричал отец Ринг, распахивая дверь. - Сестра, как вас там, пошлите за полицией! Скажите, я требую упрятать за решетку этого прощелыгу!

- Не надо, ну ее! - прошипел Фэкси, оттаскивая отца Ринга от двери. Полиции он не боялся, но до смерти боялся сержанта в юбке. - Нечего впутывать баб.

Играйте честно, деритесь, как мужчины. Честной игры - больше я ничего не требую. Я для него делал такое, чего никто бы другой не сделал.

- Мистер Девере, - принялся убеждать отец Ринг, - правильно, он прав. Ему кое-что причитается. Не ровен час, он опротестует завещание.