– Чему тут радоваться? – проворчал Хансен.

Уайетт подал ему несколько фотографий.

– Так он выглядит с верхнего этажа.

Хансен взял слегка липкие листки и посмотрел на них.

Это были снимки, сделанные с метеорологического спутника.

– Это с Тироса-9? – спросил Хансен.

– Ага.

– У них все лучше и лучше получается. Эти совсем неплохи, – сказал Хансен. Он оценил размер белого завитка, сравнив его с масштабом, помещенным в углу снимка. – Этот, кажется, небольшой, слава Богу.

– Тут дело не в размерах, – сказал Уайетт. – Ты же знаешь, что главное – перепад давлений. Для этого мы и летим туда.

– Изменения в обычной процедуре будут?

Уайетт покачал головой.

– Нет, все как всегда: идем против часовой стрелки по ветру, постепенно смещаясь к центру. В юго-восточном квадранте поворачиваем и идем к нему по прямой.

Хансен поскреб щеку.

– Постарайтесь там, чтобы все измерения получились сразу. Мне не улыбается перспектива повторять все еще раз, – Он наклонил голову. – Надеюсь, твой инструментарий будет работать лучше, чем в прошлый раз.

Уайетт скорчил гримасу.

– Я тоже.

Он махнул рукой и пошел на свое место, чтобы еще раз посмотреть на экран радара. Все было в норме – обычная опасная ситуация. Он взглянул на двух своих помощников. Оба они были флотские специалисты, до тонкостей знавшие аппаратуру, на которой работали, оба уже бывали в подобных экспедициях и знали, что их ждет впереди. Сейчас в ожидании перегрузок и толчков они проверяли, хорошо ли пристегнуты их плотные матерчатые ремни.

Уайетт прошел на свое место и тоже пристегнулся к креслу. Когда он поворачивал рычаг, закрепляющий кресло в одном положении, он вынужден был признаться себе в том, что испуган. На этом этапе операции его всегда охватывал страх, больший, он был уверен в этом, чем всех других членов экипажа. Но он и знал об ураганах больше, чем все остальные, включая Хансена.