– Обычное число отказов, – этого мы ожидали. А под водой ни один не сработал.

– А когда они хоть раз срабатывали?

Уайетт криво улыбнулся.

– Многого от них захотели. Чертовски сложные приборы, эти подводные капсулы. Вернемся, я напишу доклад и выскажу свое мнение, – мы без толку выбрасываем в море слишком много денег.

– Если вернемся, – заметил Хансен. – Худшее еще впереди. На моей памяти таких ветров в юго-восточном квадранте не бывало. И чем севернее, тем будет хуже и хуже.

– Если хотите, мы можем вернуться обратно тем же путем, – предложил Уайетт.

– Если бы я мог, я так бы и сделал, – сказал Хансен. – Но, к сожалению, у нас не хватит горючего на то, чтобы опять идти по кругу. Так что придется прорываться кратчайшим путем. Предупреждаю, что полет будет дьявольским. – Он взглянул на Уайетта. – Это действительно препоганый циклон, Дейв.

– Я знаю, – серьезно сказал Уайетт. – Позвони мне, когда будешь готов. – Он вернулся к приборам.

Прошло всего пять минут, и звонок зазвенел. Уайетт понял, что Хансен нервничает. Обычно он старался побыть в «зрачке» урагана подольше. Быстро пристегнувшись, Уайетт напрягся, ожидая налета бури. Хансен был прав, этот циклон, несмотря на свои небольшие размеры, был исключительно злым, коварным и сильным. Интересно, каков должен быть перепад давлений, чтобы вызвать такой мощный ветер.

Если то, через что они прошли, можно было назвать чистилищем, то теперь перед ними разверзся сущий ад. Все тело «Констеллейшн» скрипело и стонало от муки под ударами шквалов, во многих местах появились какие-то подтеки, и временами Уайетту казалось, что вот-вот от машины отвалятся крылья вместе со специальными дополнительными креплениями, корпус рухнет вниз и разобьется вдребезги о поверхность бушующего океана. Сверху на него откуда-то ручьем лилась вода, но тем не менее он умудрился сбросить оставшиеся приборные капсулы с точно рассчитанными интервалами.