МИНОС: Так ты намерен все-таки его убить. Я смутно чувствую, что твой ответ един с моим ответом, что только это слово может покончить с тайной.

ТЕСЕЙ: Какая важность в тайнах? Я - действую.

МИНОС: И в том решение. Многих пугают тайны, в которых видятся тончайшие хитросплетения, необходимость отвечать речами на результат речей. Но все же, нужно ль убивать его?

ТЕСЕЙ: Он на моем пути стоит, как остальные. Мне все они - помеха.

МИНОС: Странно слышать. Ведь всяк себе сам тропы выбирает и сам себе тропа. Какие же помехи? Иль Минотавра мы на сердце держим, в углу каком-то темном нашей воли? Когда строителю велел я каменную раковину сделать, мне уже будто виделась там бычья голова. И тоже виделся мне, - о, убивец из моих страшных сновидений! - корабль под парусами черными, идущий вверх по реке прямо к Кноссосу. Неужто мы сейчас готовим то, что нам даст наше злосчастное сегодня? Неужто так мы создаем наше бедственное завтра?

ТЕСЕЙ: Когда ходил я в школу, То оставлял своим учителям заботу думать за меня. не тешь себя, что я хочу играть в твои стремительные игры. Себе я одному хозяин и слуга. Сам знаю я, когда мне обнажить свой меч. Ты посмотрел бы на Эгея, когда сюда отправился я вместе с жертвами. Он знать хотел причины, побуждения. Я - герой, все этим сказано.

МИНОС: Вот потому героев мало.

ТЕСЕЙ: Помимо этого - я царь. Эгей давно для меня умер. Скоро у Афин объявится хозяин новый. С царя ты можешь спрашивать поболее, чем с Тесея. В себе я вдруг открыл опасную способность находить слова. Но еще хуже то, что мне понравилось сплетать их и смотреть, что дальше будет, раскидывать далеко сети. Да нет, не увлечен я этим! А знаешь, понял я, зачем срубить хочу я бычью голову. Меня тревожит его коварная природа.