А что, можно поставить у себя в пещере радио. Нашел мешок, засунул туда приемник и вскинул на плечо. Закрыл за собой дверь, спустился по лестнице и с огорчением остановился посреди подвала. Загадку циферблата он так и не решил, и это его раздражало. Он опустил приемник на пол, снова выбрался через окно, влез по водосточной трубе и сощурился: стальная дверь как раз закрывалась. Черт! Опять не увидел, как набрали шифр. Был бы потерпеливей, сейчас бы уже знал его! Как забраться в эту комнату? Он должен туда забраться. Можно высадить окно, но лучше не оставлять следов. По правую руку, прикинул он, должен быть подвал того дома, где стоит сейф; значит, если пробить дыру вот здесь, он будет у цели. Он начал тихонько ковырять стену; дело шло туго, потому что кирпичи были сухие. Наконец он вытащил один и осторожно положил на пол. Шуметь нельзя; за стеной могут быть люди. Вытащил кирпич из второго слоя, но дальше был третий. Он скрипнул зубами, теряя терпение. Выну еще один, решил он. Когда выковырял третий, из дыры потянуло. Он приготовился бежать, но ничего не случилось.

Расширив отверстие, он протиснулся в него и очутился в кромешной темноте. Чиркнул спичкой, увидел ступеньки, поднялся по ним, заглянул в замочную скважину: и там темно... Прислушался, не стучит ли машинка, но все было тихо. Может быть, контора закрылась? Он нажал на ручку, открыл дверь - и вздрогнул от ледяного ветра. В темноте, на железных крюках, ввинченных в низкий потолок, висели половинки и четверти свиных, бараньих, говяжьих туш - красное мясо, одетое холодным белым салом. Прямо перед ним было заиндевелое стекло, оттуда доносились непонятные звуки. От запаха сырого мяса его затошнило, и он попятился. Мясная лавка, прошептал он.