Девочка заговорила резким неприятным голосом: - Оставь поднос, Жужа, и иди, разве отец не предупредил тебя?

- Но, барышня...

Девочка подняла руки к голове, забормотала невнятно и торопливо, левое плечо у нее задергалось. Горничная отступила:

- Я ухожу, уже ушла, не волнуйтесь, пожалуйста, не волнуйтесь.

Створки двери закрылись, словно сами собой. Девочка опустила руки и рассмеялась. Старик тем временем снял салфетку с подноса и быстро высыпал белый порошок в бокал с зеленоватой жидкостью.

- Детка, капли лучше все-таки принять.

На руке его, когда он передавал бокал своей странной ученице, снова сверкнул голубой брильянт.

- Да, конечно. Мне нравится пить капли с вами, они приобретают особый вкус, как и весь мир - с вами, и потом, после, мне часто делается так весело и легко. Отец очень доволен. Да, вы спросили, какую тему я сегодня избираю. Сейчас скажу, после того, как мы выпьем чай, сегодня заварили на травах, вам понравится. Но я что-то очень много болтаю сама, а ведь мне есть о чем спросить учителя в этот особенный день, - последние слова она выделила голосом. - Пожалуйста, подойдите к бюро в том углу, достаньте коричневую шкатулку, там подарок для вас, сегодня я хочу сделать вам подарок в честь моего дня рождения, - девочка как-то странно усмехнулась.

Пока старик исполнял ее просьбу, отвернувшись к старинному бюро, пока искал шкатулку, она успела извлечь из складок парадного платья флакон темного стекла и вылить его содержимое в чашку с чаем. Старик вернулся к столу и открыл шкатулку, глаза его загорелись:

- Моя дорогая Шари, я не смогу принять столь щедрый дар, увы, мне придется рассказать твоему отцу. Это очень дорогой и крупный камень, я даже не предполагал, что в вашей стране есть такие алмазы. Ты знаешь, ведь все крупные алмазы известны и имеют собственные имена. Так что придется нам признаться твоему отцу, он не будет сердиться и вернет камень на место, немедленно.