Я подтянулся.

- Не то чтобы так, начальник. - Не то чтобы очень.

- Это тебе не кафе "Аэлита", - тепло усмехнулся он.

- Точно, начальник. Верно подмеченно.

-А жалко? Сознайся, - подмигнул он и дернул меня за бородку.

- Да нет уж, чего уж, - засмущался я. - Ладно уж, чего там...

- Хватит-хватит, - засмеялся он. - Завелся. Вечером придешь?

- Очень даже охотно, - сказал я, - с нашим удовольствием.

- У нас сейчас совещание, - он показал глазами на чертежи, - говорильня минут на сорок - на час.

- Понятно, начальник, мы это дело понимаем, со всем уважением...

Он улыбнулся, хлопнул меня чертежами по голове и пошел дальше.

- Спроси его насчет цемента, мастер, сказал мне мой тезка Коля Марков, бригадир.

- Сережка! - крикнул я. - А как там насчет цемента?

Он обернулся уже в дверях директорского кабинета.

- А что с цементом? - невинно спросил он.

- Без ножа режете, гады! - крикнул я с маленькой ноткой истерии.

За спиной Сергея мелькнуло испуганное лицо директорской секретарши.

- Завтра подбросим, - сказал Сергей и открыл дверь.

Я вышел из треста и посмотрел на огромные сопки, нависшие над нашим городком. Из-за одной сопки выглядывал краешек луны, и редкие деревья на вершине были отчетливо видны, каждое деревце в отдельности. Я зашел за угол здания, где не было никого, и стал смотреть, как луна поднимается над сопкой и как на сопки и на распадки ложатся резкие темно-синие тени и серебристоголубые полосы света, и как получается Рокуэлл Кент. Я подумал о том, на сколько сотен километров к северу идет этот потрясающий рельеф и как там мало людей, да и зверей не много, и как на какой-нибудь метеостанции сидят двое и топят печь, два человека, которые никогда не надоедают друг другу.

За углом здания слышен был топот и шум. Кто-то сговаривался насчет "выпить-закусить", кто-то заводил мотоцикл, смеялись девушки.