- Дядя Валя, а вы мне говорили, что сломали...

Дядя Валя поглядел на меня укоризненно. Сказал:

- Правильно. Они и думали сперва, когда меня из "Звездного" вынесли в машину, что сломал...

- Из ресторана, что ли?

- Из ресторана. Из буфета.

- А как же собака? - опять влез я.

- Собака? - удивился дядя Валя. Потом сообразил: - Собака... Ага, я гулял с собакой возле ветеринарной больницы, там и упал...

- А как же ресторан?

- Но беда-то ведь небольшая? - И дядя Валя продолжил, забыв о моих вопросах: - Осколки хотели сначала магнитом вытянуть, может, из кого и вытянули бы, а из меня нет, или магнит испортился. Они и резали. Но все не вырезали. А то бы сухожилия и связки попортили. Вот двенадцать и осталось. С испанской войны...

- Вы говорили, с финской?

- И с финской. С испанской и финской. В Испании пришлось, сам знаешь. Я все хочу в Мадрид съездить. Мне ведь испанское правительство пенсию платит.

- За что же?

- Ты еще не родился, а я бил франкистов!

- Это я понимаю. Но за что же правительству-то вам пенсию платить? Что им, что вы франкистов-то били?

- Я знаю. - Дядя Валя стал серьезным, замолчал, видимо, что-то обдумывая. - Я газеты читаю. Ты меня не так понял. Я сказал, не правительство. Не правительство, а партия...

Он словно бы тяжкий подъем преодолел, слова сразу же стали выкатываться из него легко.

- А ты говоришь - правительство. Стало бы мне их правительство! А партия платит. Поздравления присылают. Меня там помнят все. И Долорес, и другие. Меня их нынешний секретарь хорошо знает. Приходи, я тебе телеграмму от него покажу.

- Это от кого же?

- Ну как его...

- Карилья, что ли?

- Карилья, как ты догадался! Он у меня под Гвадалахарой был на пулемете. Совсем молодой парнишка. Огонь, треск, я ему кричу: "Мишка, тащи быстрее патроны, мать твою!"