Поздно вечером, когда он уже лежал в кровати и, глядя в потолок, считал пульс, пришла сестра и сказала, что его срочно приглашает к телефону междугородная.

Предчувствуя, что случилось что-то непоправимое, Виктор Степанович трясущимися руками натянул брюки и в шлепанцах помчался к телефону. Трубка лежала на столе дежурной, зловеще поджидая его.

- Алле! - крикнул Погребенников.- Алле!

- Виктор Степанович? - послышался холодный женский голос, не предвещавший ничего хорошего.

- Да...- прошептал кандидат наук.

- Извините, что звоню так поздно... и прерываю ваш отдых... К вам невозможно дозвониться. Но обстоятельства сложились таким образом... Или, может быть, вам нельзя волноваться, тогда мы отложим разговор до вашего возвращения.

- Мне можно волноваться,- сказал Виктор Степанович невнятным, спрессованным голосом.

- С вами говорят по поручению родительского комитета... Мария Степановна...

- Здравствуйте, Мария Степановна.

- Здравствуйте. Я буду коротка, чтобы не нарушать ваш режим, Сегодня случилась очень большая неприятность. Я звонила вашей жене, но ее срочно вызвали по поводу какой-то косули... Дело очень неприятное. Сейчас им занимаются городские инстанции. Ваш сын устроил международный конфликт! С Канадой!

- С Канадой? - Погребенников пошатнулся и машинально опустился на стул, подставленный дежурной сестрой.

- Представьте себе! Директор в ужасе... Доложили в роно и выше. Вы меня понимаете? Не знаю, что теперь будет.

- Могут разорваться дипломатические отношения? - на лбу у кандидата наук выступил холодный пот.

- Ну, до этого вряд ли дойдет,- несколько успокоила Мария Степановна.Но никто не может знать, чем это кончится.

- Очевидно, мне надо срочно вылетать? - спросил Погребенников.- Может, удастся как-то замять...

- Это вы решайте сами,- голос Марии Степановны помягчел.- Но, может, все и обойдется. Школа, во всяком случае, приложит все силы...