Тут подошла его очередь. Пышная женщина в халате всех цветов радуги вышла из двери туалета, брезгливо поджав губы, несомненно, оскорбленная всем увиденным.

- Знаете что, - неожиданно сказал Донат, - вам не очень нужно, а то пропустим очередь, а? Хочу еще одну вещь у вас спросить.

- Спрашивай, - ответила я.

- Значит, - неожиданно горячо сказал он, - человек уже свои мысли не может скрыть? Наложили ему на голову эти самые...

- Электроды.

- И читай его мысли? Даже самые секретные, которые он от всех скрывает?

- Не мысли, до этого мы еще не дошли. Скорее чувства. Эмоции, говоря по-ученому.

- Ну нет, не поверю. Враки это все! Слишком просто: наложил электроды, записал, а другие угадали, что я чувствую?

- В какой-то мере да.

- Даже если... если я изо всех сил скрываю? Ничего не показываю. Только сам внутри себя чувствую?

Он поднял на меня свои бежевые глаза, и вдруг на мгновение в них сверкнула такая неистовая ненависть, что я отшатнулась. Еще миг - и вспышка погасла.

- Ты мне не веришь, - сказала я растерянно, - тебе надо самому посмотреть опыт, во всем убедиться. Может быть, даже провести этот опыт. Знаешь что? Приходи ко мне в лабораторию, спроси Агнессу Тихоновну Платонову, это я, а вот мой домашний телефон. Позвони накануне вечером, приходи и сможешь сам убедиться.

Адрес и телефон я записала на листке из блокнота участника конференции. Он взял. Потом вздохнул тяжело и долго.

- Тебе хочется прийти? - спросила я.

Он кивнул.

- Может быть, твое призвание - быть психологом-экспериментатором. Может быть, это твое будущее...

- Мое будущее? - переспросил он. - Это от меня не зависит.

- От кого же зависит?

Он пожал плечами:

- Все без меня решено давно.

- Как это можно: решать за другого? Человек сам вправе распоряжаться своим будущим.

Он засмеялся. Меня даже испугал его сиплый смех. Смеялся взрослый, немолодой, разочарованный человек.