-- На кой черт ты связался-то с ним? -- никак не мог по-нять молодой Сергей Николаевич. Ванька очень уважал это-го доктора.

-- Он мать не пустил.

-- Да сказал бы мне, я бы все сделал! Иди в палату, я ее приведу.

-- Не надо, мы счас домой поедем.

-- Как домой? Ты что?

Но Ванька проявил непонятную ему самому непреклон-ность. Он потому и успокоился-то, что собрался домой. Сергей Николаевич стал его уговаривать в своем кабинетике... Сказал даже так:

-- Пусть твоя мама поживет пока у меня. Дня три. Сколь-ко хочет! У меня есть где пожить. Мы же не довели дело до конца. Понимаешь? Ты просто меня подводишь. Не обращай внимания на этих дураков! Что с ними сделаешь? А мама бу-дет приходить к тебе...

-- Нет, -- сказал Ванька. Ему вспомнилось, как мать уни-женно просила этого красноглазого... -- Нет. Что вы!

-- Но я же не выпишу тебя!

-- Я из окна выпрыгну... В пижаме убегу ночью.

-- Ну-у -- огорченно сказал Сергей Николаевич. -- Зря ты.

-- Ничего, -- Ваньке было даже весело. Немного только жаль, что доктора... жалко, что он огорчился. -- А вы най-дете кого-нибудь еще с язвой... У окна-то лежит, рыжий-то, у него же тоже язва.

-- Не в этом дело. Зря ты, Иван.

-- Нет, -- Ваньке становилось все легче и легче. -- Не обижайтесь на меня.

-- Ну, что ж... -- Сергей Николаевич все же очень рас-строился. -- Так держать тебя тоже бесполезно. Может, подумаешь?.. Успокоишься...

-- Нет. Решено.

Ванька помчался в палату -- собрать кой-какие свои ве-щички. В палате его стали наперебой ругать:

-- Дурак! Ты бы пошел...

-- Ведь тебя бы вылечили здесь, Сергей Николаевич до-вел бы тебя до конца.

Они не понимали, эти люди, что скоро они с матерью сядут в автобус и через какой-нибудь час Ванька будет дома. Они этого как-то не могли понять.

-- Из-за какого-то дурака ты себе здоровье не хочешь по-править. Эх ты!