Санин играл с ней до обеда и после обеда. Панталеоне также принял участие в игре.Никогда его хохол не падал так низко на лоб, никогда подбородок не уходил так глубоко в галстук! Каждое движение его дышало такой сосредоточенной важностью, что, глядя на него, невольно рождалась мысль: какую это тайну с такою твердостью хранит этот человек?
Но - segredezza! segredezza!
Он в течение всего того дня всячески старался оказывать глубочайшее почтение Санину; за столом, торжественно и решительно, минуя дам, подавал блюда ему первому; во время карточной игры уступал ему прикупку, не дерзал его ремизить; объявлял, ни к селу ни к городу, что русские - самый великодушный, храбрый и решительный народ в мире!
"Ах ты, старый лицедей!" - думал про себя Санин.
И не столько дивился он неожиданному настроению духа в г-же Розелли, сколько тому, как ее дочь с ним обращалась. Она не то, чтобы избегала его... напротив, она постоянно садилась в небольшом от него
/v 121
расстоянии, прислушивалась к его речам, глядела на него; но она решительно не хотела вступать с ним в беседу, и как только он заговаривал с нею - тихонько поднималась с места и тихонько удалялась на несколько мгновений . Потом она появлялась опять, и опять усаживалась где-нибудь в уголке - и сидела неподвижно, словно размышляя и недоумевая... недоумевая пуще всего. Сама фрау Леноре заметила, наконец, необычайность ее поведения и раза два спросила, что с ней.
- Ничего,- ответила Джемма,- ты знаешь, я бываю иногда такая.