- А ты куда? - не услышав ответ, спросила мама, и в голосе ее мелькнула настоящая тревога.

- Мама, ничего не случилось. И никуда я не пойду, мне просто нужно побыть дома. - Мария убрала со столика атлас, что лежал здесь который месяц, раскрытый на странице с далекой южной страной. - Извини. Сегодня я побуду одна. Я найду время на неделе...

- Ты заболела?

- Да нет же, мама! - И Мария произнесла как можно спокойнее, медленнее, ничего не случилось, я здорова. Я просто хочу побыть сегодня дома. У меня здесь есть свои дела, - добавила для вящей убедительности.

- Ты ждешь кого-то? - тихо спросила мама.

Мария помолчала. Вздохнула. Глянула на часы.

- Да.

- Кого? Я его знаю?

Мария промолчала.

- О господи! Опять?! - и в коротеньком вопросе масса эмоций. - Ну, нельзя же так. Я все понимаю, честное слово, не думай, я понимаю тебя. Но не погребли тебя заживо вместе с мужем, ты осталась жить. И ты должна понять...

Мария тихонько положила трубку на полочку, нагнулась ко дну шкафа, где стояли коробки с туфлями. Туфель - увы! немного, но коричневые есть.

Ну, все. Теперь за уборку. Нет, сначала помыть голову, накрутить волосы и - за уборку. Но картошку и яйца поставить вариться прямо сейчас, да, а в магазин потом. И непременно надо успеть на рынок. И тесто. И встретить его в аэропорту.

Мария осторожно взяла трубку, не слушая, сказала в мамину речь:

- Мама, я тебя умоляю, не обижайся. Я просто хочу побыть одна. Я хочу... помолчать. Я позвоню тебе завтра, и мы все обсудим.

Мария нажала на рычаг и стала набирать номер справочной аэропорта.

Словно стремясь наверстать невозможное, самолет совершил посадку на сорок минут раньше.