теперь остаюсь только я, как последняя инстанция.

Не для раскрытия, естественно, (я не Шерлок Холмс и даже не Хармс), а для выдрючивания общественного мнения. Потому что если такое мнение не пестовать, а еще потом и не подстегивать, наша доблестная полиция совсем "перестанет ловить мышей", придумает упэкашное "временное приостановление дела за нерозыском подозреваемых", и все придется сдавать в архив. Ну, а если на хвосте висит журналист, то и генпрок, и комитетчики, и лягавка, хотя и недовольны, что надо чтото делать, но... не поверите - работают.

Обычно такие поручения, как совал мне теперь заместитель главного, шли из администрации президента, и как бы мы не ворчали (надоело, глупость, маразм), - помимо всего прочего являли собой иллюзию доверия конституционной власти "Огоньку", а это не могло быть не приятно.

- Вот как, - вежливо ответствовал я, - неужели Интерпол опять дал добро на привлечение меня к работе? Если это Балканы и снова мафия что-то натворила, сразу говорю: я возьму с собой жену, она давно хочет посмотреть Италию, - хотя я прекрасно понимал, что отправят меня максимум в Новохоперск.

- Это значительно ближе Италии, но тоже интересно, - поспешно и серьезно (у него с чувством юмора дефицит) сказал заместитель. - Поедешь в Выползово.

Я так и думал и не удивился даже названию.

За годы работы я изъездил страну, был и в Хуукхонмякках, и в Херасково, и да простят мне неблагозвучие, на Уябаевой пустоши, так что Выползовым меня не удивишь.

- Где это? - спросил я. Хотя сперва подумал спросить: "Где хоть это", но потом подумал и "хоть" выбросил.

- Точно, понимаешь, точно, метр в метр полпути по дороге до Питера.

- Какая прелесть, - воскликнул я, - тогда я поеду туда на машине, сейчас вроде и бензин всюду есть, и кемпингов понастроили, меня отвезет мой друг Сережа.

- Знаешь, во сколько ему обойдется бензин в оба конца, это же больше семисот километров.