На прямой вопрос он ответил..." "И как же?" "Тем, чем почетно заниматься в таком обществе. За это более-менее прилично платят. И прикрывают меня, если что." "Зачем же ему связываться с тобой?" "Какая нам разница?" "Ты прав. Главное - надежность проекта. Ты сказал, что попросил проверить эти расчеты ученых его же разлива, бывших созидателей великой державы. Я слышал, что у "русских" ревность к идеям соплеменников развита еще сильнее, чем у нас." "Еще бы! На любое изобретение мои эксперты набрасываются как цепные собаки на чужого в доме, из которого им выносят кости. Все, к чему можно было придраться в проекте, подверглось яростному разгрызанию. Мне пришлось за хвосты оттягивать их от жертвы." "И что же от нее осталось?" "Да все и осталось! Неуязвимо." "А экспертам ярость разума не заменяет?" "Заменяет, конечно. У них такой опыт в этом отношении, что остается только изумляться техническому паритету Союза с Америкой. Но специалисты они классные, дело свое знают прекрасно, а потому саму идею, очистив от их слюны, я могу оценить достаточно трезво. Тем более, что друг к другу мои эксперты относятся не менее агрессивно, чем к автору проекта. А его они считают дилетантом и авантюристом априори! Я их стравил между собой и потребовал письменно изложить претензии не только к моему подопечному, но и друг к другу." "А как он отнесся к этой... дискуссии? Не обиделся?" "Он категорически отказался не только встречаться с экспертами для обсуждения своего проекта, но и комментировать их заключения, предоставив это мне. Ты мне слишком мало платишь, сказал он, чтобы еще подставляться всякой мрази." "А... ты ему платишь? - изумился красавец с царским именем. - Вот бы никогда не подумал..." "Нет, конечно, - в том же тоне откликнулся Мирон. - Он имел в виду то, что я ему обещал в случае заключения с ним контракта." "Его долю в случае реализации проекта?" "Ишь ты! Подскочил на стуле... Никакой конкретной доли я ему и не думал определять.