Мы с ней подружились. - Меня устроили ночевать на веранде, и мне приснилась солнечная паутинка. - Когда я проснулся, сон не исчез. Перед моими глазами сушились на веревке чулки-паутинки. Солнце било мне в глаза сквозь прозрачные паутинки. - Ну и что? - сказала она независимо. - Подумаешь! Утром здесь первое солнце. - Стянула с веревки чулки и исчезла. - Подросток еще. С юмором. Забавная. Совсем подросток. Пнула ногой бумажку. Подметая пол, вертится, как волчок. Волосы свисают вниз, когда метет. Когда поворачивается - взлетают. Напряженный открытый взгляд, чуть хмурое выражение, чуть нервное лицо. Независимость, любопытство, гордость, комичность. Я никогда не видел таких. - - Однажды мы долго разговаривали с режиссером, а потом он отправился в сад с раскладным стулом. - Я услышал шорох в платяном шкафу и отворил дверцу. - Она вылезла из шкафа и гордо продефилировала мимо. - Потом однажды режиссер рассказывал, как он пришел в кино. Ему было около тридцати, то есть примерно столько же, сколько мне в момент разговора, но только за ним была гражданская воина, а за мной Отечественная. Он тоже собирался быть художником, но его приятель-матрос, которого назначили комиссаром Киевской студии, сказал: - Выручи. Сними картину. Пленка есть. Он взял пленку и аппарат и в четыре дня снял комедию. - Это были буколические времена, - сказал режиссер. - Мы опять расстались потому, что старик часто уходил отдыхать. И в этот самый момент она снова вылезла из шкафа. Я не мог сдержать раздражения, потому что почувствовал себя глупо. - Зачем вы это делаете? - спросил я. - А вам жалко? Да? - ответила она. Она все время торчала в этом шкафу. - Был еще случай. - На даче появился какой-то молодой человек, какой-то ученик режиссера. Беловолосый, с розовым лицом. Но я сразу понял, что режиссер интересует его меньше всего. - Однажды он отвел меня в комнату и объяснил мне, что он познакомился с ней раньше меня и что не пора ли мне уезжать с дачи. - Противный этот разговор затянулся, так как белобрысый говорил с паузами и недомолвками, а я не стремился его понять.