Римлянин махнул рукой красивым небрежным жестом.
— Знаю, слышали… Будете жить, ничего… Черт вас не возьмет!
— Слышали? Ничего вы не слышали!.. Вам просто досадно, что я глубже и тоньше вижу ту бессмыслицу, которую вы… которой вы не понимаете… красивое животное! — злобно пробормотал четвертый больной.
Римлянин услышал. Он высокомерно поднял брови и гордо посмотрел на противника.
— Хотя бы красивое!.. Это все-таки — что-нибудь.
Лучше быть красивым животным, чем брюзжащей кучей разлагающегося мяса, которое только отравляет воздух и себе и другим.
— Ну, будет вам… — грустно и властно отозвался старик от окна. — И не стыдно?.. Что вы — звери?.. Целый день грызетесь. Чего вы не поделили? Всяк по-своему живет… каждому по-своему тяжко. Вы бы лучше пожалели друг друга, — обоим легче бы стало.
— Надоел он мне, дед! — лениво отозвался римлянин и успокоился, еще внимательнее занявшись своими ногтями.
— Что ж — надоел!.. Грех это. А ты пойми, пожалей, тогда и не будет надоедать. Не сам он тебе навязался… Божья воля связала. Против нее не пойдешь. Ну и терпи. Он, Бог, лучше знает, зачем вас соединил. А что Бог соединил, то человек да не разлучает. Сказано — любите друг друга. Так-то… в любви Бог, в любви и жалости и жить надо. Тогда везде хорошо будет и черные мысли отойдут. Любви в вас мало, жестокие сердцем!
Глухой голос его звучал с суровой и торжественной скорбью. Все молча слушали, подчиняясь непонятной власти. Мальчик с испугом переводил свои большие наивные глаза с сурового старческого лица на другие.
— Дедушка, — неожиданно вскрикнул он, — гляди — муха!..
Маленькое черное насекомое билось, жужжа и падая, у холодного стекла.
— Муха… действительно — муха! — совсем другим, нежным, умиленным голосом сказал старик. — Ишь ты… насекомая, а живет тоже!.. Ты ее не трожь… пусть себе живет!.. Она — тварь маленькая, а красоту жизни ощущает и себя блюдет. Бог ей жизнь дал… маленькую жизнь, а цена ей, может, огромная!.. Нашей, гляди, больше!.. Ну и блюдет… Человек мудрствует, а муха — она Богу молится. Смотри, как лапками… лапками… умывается, подлая, чистоту соблюдает!