"Ар-ря! Ар-ря!" - кричал он, но чабан не отзывался. Не упреждал Тимофея ни хозяин, ни Алик об иных овцах. Далеко, за четыре горы, стояла соседняя чабанская точка. Чужая скотина паслась кучкой, Тимофей подошел к ней. Это были бараны, голов сотня, а может, и больше. Отара не отара, лишь малая часть ее. Тимофей вышел на гору, покричал, позвал. Не было никого. С холма на холм тянулась полынковая целина, за ней неширокая полоса смородины да вязков, дальше черные пашни, сочная зелень озимки. Не видно было ни человека, ни скотины. Дело понятное: ушла от своей отары шайка баранов, и чабан не заметил. Когда ушла, где - ведает бог. Тимофей, долго не раздумывая, подогнал чужую баранту к своей и повел к дому, к хутору, чтобы оповестить хозяина, А уж тот дальше объявит о приблудной скотине. На хуторе у дома хозяина стояла машина. Хозяин собирался уезжать, но, заметив отару, прежде срока идущую к ночлегу, подождал ее, крикнул Тимофею: - Что случилось?! - Бараны чужие приблудились. Боле сотни голов,- объяснил Тимофей.- Не кинешь их. Смешал, гоню пораньше. Может, ищут люди. Хозяин собрался в гости. Был он в костюме, в белой рубашке, чисто выбрит. Выслушав Тимофея, он покивал головой и, шагнув к отаре, разом углядел барана с чужой метою, двумя скрещенными восьмерками на спине. - Веди, но не загоняй на баз. Отделим. Тимофей напоил отару. Подошли хозяин с Аликом. Хозяин встал у приоткрытых ворот база, пропуская мимо себя овец и отделяя баранов со скрещенными восьмерками на спине. - Либо и правда волк разогнал где...- говорил Тимофей, помогая хозяину.А может, чабан рот разинул, заснул. Теперь кинутся. Магарыч с них...посмеивался он. - Будет магарыч,- коротко пообещал хозяин, пропуская мимо себя овечек и отстраняя баранов. Алик и Тимофей тянули за витые рога приблудных прочь из серого овечьего потока, текущего на баз к ночному отдыху. Баранов отделили. Хозяин достал из кармана деньги, пачку сиреневых четвертных, и подал Тимофею: - Держи магарыч. Бутылка - на ужин. Тимофей не понял, отстранился.