Дважды в неделю нас навещал дедушка. Добирался он к нам добрых три часа. Быстрее не мог.

Дедушка всегда что-нибудь приносил — из того, что находил в руинах. Добывал он странные вещи: детскую ванночку, два красно-белых в крапинку платка, половник, шерстяной шарф, бритву, ножницы, флакон духов, старую юбку, пуловер с дырками от осколков гранаты. Мама распустила шарф и пуловер, чтобы связать нам кофты. Но у нее не было спиц. Она перерыла весь дом, ругаясь при этом: «Проклятие! Все здесь есть: люстра, портьеры, фарфоровые собачки. И ни одной спицы!»

Взяла детскую ванночку и с ней ушла. Через час, довольная, вернулась со спицами. Обменяла ванночку на спицы.

Каждый день над нашим домом пролетали самолеты. Но мы их не боялись. Самолеты летали бомбить город. А нас они не бомбили. Дедушка рассказывал, что на них теперь падает меньше бомб, потому что и так все разрушено. В нашем квартале не осталось ни одного целого дома. Оставшиеся в живых люди обитают теперь в парке, некоторые поселились в бункере. Лишь они с бабушкой оставались в руинах, в комнате с трещиной на потолке. Бабушка заделала окна картоном. Когда дул ветер, комната наполнялась пылью. Бабушка целыми днями мыла пол и вытирала пыль. У них не было ни света, ни газа, воду дедушка приносил из парка.

Каждое утро я обходила наши владения. Начинала с ворот. Со стороны дороги забор был высокий, с толстыми железными завитками наверху.