Да-да. Что же теперь, коли деньги есть -- так до старости и тлеть, по киношкам да обжоркам? Ни черта не сделано полезного за всю жизнь, вспомнить не о чем, поговорить не с кем. Сдохни я сию секунду -- месяц никто не хватится, пока за квартиру платить время не придет. Что делать, как жить, кто научит? Кто учил -- тех уж нет, а в своей голове, видать, нейронов и синапсов не хватает...

Гек почувствовал, что проголодался, и зашел в первую попавшуюся на пути забегаловку с чернушным названием "Трюм" (и с дурной репутацией), выгодно расположенную неподалеку от рынка. Времени уже было -- четырнадцать тридцать, а он позавтракал аж в семь тридцать.

"Трюм" открылся менее полугода назад на месте бывшей псевдопиццерии, и Гек, конечно, не знал, что его настоящий владелец -- Нестор Пинто, он же Нестор, некогда прозванный Гиппопо их общим покойным шефом, Дядей Джеймсом.

Нестор еще более возмужал, хотя пока не начал обрастать лишним мясом, набрал силу и влияние в окрестностях, но до титула Дяди ему было еще очень далеко. Однако он был независим, молод и нахрапист и свято верил, что дальше будет лучше. Он сидел в кабинете директора за стенкой, отделяющей кабинет от небольшого, пустынного в этот час полутемного зала, и пожирал двойной бифштекс с картофелем фри под кетчуп. Ему предстояло ехать в полицейский участок вызволять оттуда двоих своих орлов, набедокуривших вчера в ресторане при казино. Казино -- это казино, там на твои плечи и связи никто смотреть не будет: в лучшем случае -- пинка под жопу, а то и в полицию сдадут. Это не шалман, и распугивать приличных людей никому не позволено. Так что, хотя Нестор и сам держал долю в пять процентов в этом казино, никаких претензий к охране (те еще быки!) он не имел.

Звякнул колокольчик над дверью, в зал, отделанный искусственной кожей по стенам -- все выдержано в красных тонах, кроме бежевого потолка, похожего на квадратное поле, засеянное то ли мелкими сталагмитами, то ли акульими зубами, -- вошел посетитель.