И вдруг поразилась внезапной мысли, да так, что вслух вырвалось:

- Как же это?! - и отвечая вопросительному взгляду, призналась: - Я ведь имени хозяина твоего до сих пор не знаю!

Анчутка посмотрел внимательно:

- Не сказал он тебе разве?

- Нет. А я не спросила. Как неловко. Назови мне его поскорее!

Парнишка медлил.

- Ну же! - Настя сердито топнула ногой.

Во взгляде Анчутки вспыхнул интерес и вдруг опять сменился лукавиной.

- Прикажи, Краса Ненаглядная!

- Приказываю! - Настя и впрямь, начала сердиться.

- Сразу бы так-то! Твоего приказа нельзя ослушаться. А имя хозяину моему - Змей.

- Змей?! - толи выговорила Настя, толи ошеломленно рот открыла. Почему?!

- Что - почему? - И видя, что онемевшая девушка не находит слов, "пояснил": - Ну, Змей он... такой он...

- Коварный?..

- Не-е... Мудрый... вечный... опасный... Одно слово - Змей.

- Предупреждал я тебя! - голос раздался столь нежданно, что Настя вздрогнула. И вроде без угрозы прозвучал, а парнишка сжался. - Ступай прочь!

Анчутка шмыгнул столь стремительно, что Настя не углядела, куда скрылся.

Он встал перед ней - высокий, великолепный... опасный. С ожиданием смотрел. И она, глядя в его глубокие, будто больные глаза, светящиеся изнутри чем-то опасным и одновременно надежным, спросила:

- Что хочешь услышать?

- Не знаю.

- Он не сказал еще, ты - искушение.

- Не знаю... Может быть. Но не тебе.

- Теперь - нет. А три дня назад?

- Ведь я ушел...

Настя молчала, и он спросил:

- Хочешь, верну тебя домой?

Домой?.. В беспросветную долю, в глумление негодяя - теперь, когда сердце ее узнало ликующий полет счастья...

- Моя боль, моя радость - забава тебе? - горько прошептала она.

- Что ты, Настенька!.. - поспешно прервал он. - Что ты, - повторил виновато и тихо. - Не позабавиться тобою... дать почувствовать тебе силу твою, узнать самоё себя...