- Чего отпираться? Не видал я этой бумажки, да ее там никогда и не было.

Направив Герасимова в райцентр Приреченское под конвоем Симочкина, уехал и сам начальник райотдела.

Результатами своего розыска внешне казался довольным, бодрился, а где-то внутри копошилось сомнение.

"Мог ли старый коммунист Герасимов пойти на такое подлое дело?" А кто еще? Ответ на это "кто еще?" и успокаивал: нет никого!

II

Милиционер Симочкин со своей канцелярией располагался в небольшой комнатушке с отдельным входом рядом с кабинетами председателя сельсовета п председателя колхоза. Посредине комнаты стоял кухонный стол, окрашенный суриком и покрытый кумачовой скатертью, испещренной чернильными пятнами.

Много места занимал на столе самодельный письменный прибор, сооруженный из толстой доски, с двумя чернильницами-непроливашками.

Неудобно расставив ноги по обе стороны стола, на табуретке сидел Симочкин и писал. Ему не удавались канцелярские обороты речи, а писать простыми, обычными словами он считал признаком необразованности.

На приветствие вошедшего Киреева Сймочкин реагировал с достоинством человека, занятого важным служебным делом, то есть головы не поднял, на вошедшего не глянул, а молча продолжал писать. Неторопливо дописал бумагу, искоса посмотрел на' ровные строчки, взял другую ручку и расписался красными чернилами. И только после этого поднял глаза на вошедшего, узнал Киреева, вскочил и отрапортовал:

- Старший милиционер Сймочкин! Возвратился из служебной командировки и приступил к исполнению своих прямых обязанностей. От товарища начальника райотдела получил надлежащие указания и нахожусь в полном вашем распоряжении.

Киреев дал Симочкину задание проследить за работой ревизионной комиссии колхоза, самому осмотреть семенной склад и составить акт о порче семян.

Молодой чекист не мог примириться с мыслью, что коммунист Герасимов, чапаевец-убийца, что он поднял руку на комсомольца, селькора. Все улики против него казались случайным стечением обстоятельств.