— Чего головку-то наклонил? — выкрикнул Потап. — Аи свету боишься?.. Эх, подновинские!

Странный человек остановился, поднял голову и, презирая выставленные кулаки Потапа, сказал негромко:

— Ну, будя, будя тебе… Ну чего вы, ей-богу? Я дружка своего маленько поучил. А вам бы только кулаками махать… Интересно мне, как вы готовы человеку антра ша кинуть, ежели он не в себе… Садитесь, господа, по своим местам, пейте, ешьте… Ах, мезальянс какой!..

— Позволь, позволь, — сказал Потап, — позвольте, сударь. Я обиды не потерплю-с. Я ассигнациями плачу…

Но странный человек даже не глянул в его сторону, а глянул на двух студентов и сказал:

— Ежели что, пардон, извините… Хотя я вижу ваши благородные лица, эскузе муа, нету в вас ко мне зла. Это хорошо. Это преотлично. Со злом что? Куды с ним?.. А рукавчик почистить можно… — И он повернулся к Потапу и так посмотрел на него, что половой опустил руки. — Ну вот, теперь вы, мон шер. Пожалейте себя, а то не ровен час сгорите весь… — Тихая улыбка тронула его сухие губы. — Чего уставился? Эвон у тебя нос какой! А ты не суйся под руку, дружок… — При этом он провел ладонью, словно разрубил воздух, и две половины воздуха распались, отлетели друг от друга — так крепок и точен был удар.

«Ладный какой», — подумал хозяин.

Тут все, неподвижные и притихшие, оборотились к городовому как к последней надежде… Дюжий городовой словно очнулся ото сна и медленно направился к странному человеку. Заметив это, Потап ожил.

— Дозвольте-ка мне, — сказал он городовому. — Момент, все сделаем. Вы, значит, с энтого боку заходите-с… — И крикнул странному человеку: — Ты мне зачем по носу дал! — и победителем оглядел толпящихся вокруг. — Теперь мне сколько, значит, причитается получить? А? Никто не знает? А вот глядите, как подновинские дело делают. Хоп, — и он сделал шаг в сторону обидчика.

В это время бородатый студент сказал своему приятелю: