- Запаха не было, а дух был. Даже, я бы сказал, душно было, Вениамин Семенович.
Что он такое несет, подумал Воропаев, сам наверно надышался.
- Что ты несешь, Заруков, говори прямо: газом пахло или нет, химиков вызвали?
- Химиков вызвали, газ не установлен, ну еще проверяют, но по-моему, обычная потеря сознания от духоты. Удушье, Вениамин Семенович. Восемь человек вынесли... движение восстановлено.
- Да плевать мне на движение, люди живы?
- Вам лучше прямо в клинику, в первую градскую.
Воропаев выругался и бросил телефон на сиденье. Завел мотор, да призадумался, словно васнецовский витязь из рекламной паузы. Копьем всадник водил как первоклассник по писанному на камне тексту.
Электричка пришла на Ленинградский. Значит, скорая будет ехать минут тридцать. Мне же лучше по Ленинскому. Воропаев кинул фонарь на крышу и рванул на Миклухо-Маклая.
4
Когда маленький зеленый человечек стал неуклюже перебирать лапками, и люди устремились вдоль зебры на ту сторону Ленинского проспекта, Андрей не шелохнулся. Его неподвижное лицо чуть оживилось и стало напоминать предстартовую фотографию первого космонавта. Но это впечатление было бы обманчивым, а точнее, желанным. Еще накануне вечером битый час он стоял перед зеркалом, изображая из себя первопроходца. Делал стальные неприступные глаза, играл желваками, отчего худое лицо становилось просто изможденным и скорее даже жалким. Как ни старался, но желаемого сходства не возникало. Да разве дело в выражении лица? Конечно нет, главное поверить, а уж с тем ли лицом, не столь важно. Последнее повторялось высохшими губами до самого утра. В результате теперь он больше напоминал не первого космонавта, а водолаза, да еще к тому же страдающего кессонной болезнью.
Наконец зеленый человечек вздрогнул, как-то конвульсивно сложил лапки и исчез. Андрею стало жаль маленького пешехода, вся судьба которого давно расписана конструктором светофора и состоит лишь в том, чтобы каждые несколько минут умирать и возрождаться только для того, чтобы перебирать лапками. Неужели и я подобен ему? Неужели мы все были созданы по чьей-то воле и вынуждены подчиняться его холодному расчету?