"Боинг" оторвался от взлетной полосы, и Софья вздохнула с облегчением, хотя все время инстинктивно ждала, что вот-вот загремят выстрелы и самолет угонят в Шереметьево, а оттуда - прямая дорога в неминучий Новодевичий монастырь. Черные тюрьмы Бенгази и Триполи ей не мерещились, она о них не знала, хотя шанс угодить именно в такую тюрьму прямо из "боинга" был побольше, чем на внутрисоветском рейсе. Смотреть в иллюминатор было не на что, одни облака. Не глядя никуда, она взяла из рук стюардессы фужер с минеральной водой и выпила, лишь потом сообразив, что вот так ее отравить легче легкого. С испугом она подняла глаза на стюардессу, прищурилась и осознала, что стоит перед ней, облаченный в фирменное платье, все тот же давешний восточный мальчик и делает губами "Тс-с". Настроение Софьи улучшилось, она и так предполагала, что никуда восточный красавчик от русской царицы не денется, но приятная неожиданность всегда неожиданно приятна.
Самолет скоро пошел на посадку, рукой подать от Копенгагена до Лондона. Впереди маячила встреча с теткой Александрой Михайловной; не совсем было понятно, зачем нужна теперь эта встреча, если Запад признал Софью законной наследницей русского престола, вон даже жалкий "Шпигель", до того провинциальный, что русского языка не знает, и тот именует ее все-таки "Софья Вторая". Но принятых решений Софья никогда не отменяла. Принято решение повидаться с теткой Александрой - так быть же по сему. Софья выпила еще фужер минеральной воды и с сожалением проводила взглядом удаляющегося вдоль прохода мальчика в женской одежде.