— А-А-А-А-РГХ! — взревел Скейл и тут же распахнул дверцу, корчась от боли — даже слёзы брызнули из его оранжевых глаз.

По рассеянности он забыл про многострадальный хвост и защемил его дверцей. Всё ещё поскуливая, Скейл завёл двигатель. Превосходное настроение стало уже не таким превосходным.

Он ехал сквозь туман, не зажигая фар, полностью полагаясь на своё зрение, направляясь по проселочной дороге к Темпл-Герни. Как он и рассчитывал, по пути ему не встретилось ни одной машины. Его интересовал второй коттедж по Камелия-лейн, и он порадовался, заметив, что в окнах — ни огонька: означало сие, что хозяева легли спать.

Луна спряталась за облаками, и палисадник дома номер 11 по Камелия-лейн окутала тень, когда Скейл крался по дорожке. Калитка за его спиной громко хлопнула, и он застыл как памятник, но ни в одном окне не зажёгся свет и никто не вышел из дома, так что Скейл успокоился и продолжил путь. Когда он открыл канистры с бензином, ноздри его раздулись — запах был отвратительным, но такая мелочь не могла его остановить.

Он быстро облил бензином все оконные рамы. А чтобы никто не выбежал из дома, навалил сухих веток и поленьев у дверей парадной и чёрного хода. Покончив с этим, осмотрел результаты своей работы и остался доволен: несмотря на спешку, он сделал всё качественно. Ему не хотелось признаваться, но он побаивался бабушку Нэта Карвера. Однажды она взяла над ним верх, и он не испытывал ни малейшего желания вновь столкнуться со старой ведьмой.

Похлопав по карманам лапообразной рукой, Скейл выругался. Он забыл прихватить с собой спички.

И пытался успокоиться, когда услышал за спиной щелчок. Тревожно оглянувшись, он увидел сине-жёлтый огонёк зажигалки, так близко, что обуглились несколько волосков.