- Какие пятьдесят? Это по большаку пятьдесят. А они напрямки на лыжах. Там по лесной-то дороге и двадцати не будет. Они уже сколько раз так ходили.

- Тогда и сейчас дошли. Все по домам сидят. Пурга часа в два началась, не раньше. Если с утра вышли, так должны бы дойти. Вы не волнуйтесь. А моя как там у вас? Не попадалась вам на глаза?

- Ваша нормально. Мышку вчера на елке играла. Вообще, способная. Как пурга кончится, привезем ваших на каникулы.

- Когда еще она кончится.

- Вот именно, что когда. Уж вы, Анечка, если Зипуны ответят...

- Конечно, Алексей Федотыч, конечно. Сразу же соединю.

В наушниках стихло, и снова комната наполнилась монотонным свистом ветра и гудением пламени в печке.

- Зипуновские все отчаянные, - сказала пожилая. - А хуже всех председательша ихняя, Ешкилева. Еще прошлый год с тигроловами за зверем ходила.

- Да ну?

- Вот тебе и "да ну". - Пожилая окинула взглядом кучу поленьев. - Запасти, что ли, тебе дров на ночь...

Она натянула ватник и вышла на улицу, но тут же, задыхаясь, влетела обратно. Все лицо ее было залеплено снегом.

- Повалил - видала! Только с крыльца сошла, ну чисто как машина налетела. Уж и не упомню такой пурги.

Молодая вздохнула и принялась запечатывать сургучом пачку заготовленных бандеролей.

Снова запищал зуммер.

- Ночлегово! Вас вызывает научный городок.

- Ой, а зачем? - всполошилась молодая.

- Не знаю. Научный городок? Говорите. Ночлегово слушает.

Незнакомый голос звучал слабо. Казалось, он устал проталкиваться сквозь щелчки, шорохи и писки на далекой линии.

- Здравствуйте, Ночлегово. Скажите, с кем я говорю?

- С Анечкой. То есть с начальником отделения связи.

- Сейчас, Анечка, одну минуту. Я потерял вас на карте. Ага, нашел. Ночлегово. Да, вы как будто ближе всех.