- Совсем другие! - повторил еще раз Авенир.- Было время, да прошло.

- Может быть, ужинать пойдете? - сказала Варя, которая уже томилась оттого, что долго не ели.

VI

- Ну, что же, поедем теперь к нам,- сказал на третий день Авенир.

- Хорошо, а как ехать?

- Со мной на лошадях поедем, чем тебе кружить полтораста верст по железной дороге. Я, брат, всегда на лошадях езжу.

- А сколько до тебя на лошадях?

- Восемьдесят верст.

- Да, на лошадях лучше,- сказал Николай.- А то там изволь каждый раз поспевать вовремя.

- На одну минутку опоздал, и весь день пропал к черту,- прибавил Авенир.

- И звонки эти дурацкие,- сказал Николай.

Пошли смотреть экипаж. Это была тележка без рессор, тарантас, как называл ее Авенир. Сиденье у этого тарантаса было такое низкое, что колени у сидящих в нем подходили к самому подбородку.

- Сидеть-то не особенно удобно,- сказал Андрей Христофорович.

- А что? - спросил Авенир и живо вскочил в тарантас.

- Как, что? Сиденье очень низко.

- Ну, уж это так делается, брат; кузнец при мне делал другим.

- Как так делается, если это неудобно?

- Нет, это правда, Андрей,- в тарантасах сиденье высоко не делается. У кого ни посмотри.

- Ну, брат,- сказал Авенир (он даже опечалился),- тебя, милый мой, Европа, я вижу, подпортила основательно.

- Чем подпортила?

- Об удобствах уж очень заботишься.

- Нет, я все-таки поеду по железной дороге, да и грязь, я вижу, порядочная.

- На колеса смотришь? Это еще с Николина дня. Тогда грязь была, правда. А теперь все высохло.

- У нас, милый, места хорошие,- сказал Николай.

Кончили на том, что Авенир подвязал потуже живот, перецеловался со всеми, похлопал себя по карманам и покатил один. Профессор поехал по железной дороге. Когда приехал, Авенир сам выехал за ним на станцию.