
В конце улицы мелькнула девушка в платье, похожем на пла-тье соседки. Джанали-муаллим на секунду прервал свои размышле-ния, однако не дал мыслям рассеяться. Конечно, сказал он себе, когда некоторое время спустя человек, надев этот "импорт", выходит на улицу, чтоб продемонстрировать его как новейшее выражение человеческого достоинства, утонченности и красоты, ты поражаешься. У тебя не умещается в голове: неужели это те самые люди, которые вчера, позавчера или час назад, давясь в очереди за импортными платьями или туфлями, проявляли наиновейшие формы человеческой низости, дикости, безобразия? И тебе кажется, что красивая девушка только что вышла из загса с темноволосым парнем в черном костюме и едет в украшенной красными лентами машине к могиле 26 бакинских комиссаров, чтобы возложить цветы к монументу, что эта девушка когда-то в одной из таких вот очередей утратила свое человеческое досто-инство. И что темноволосый парень в черном свадебном костюме тоже в чем-то замешан: то ли обманул кого-то то ли оболгал - словом, совершил что-то недостойное.
