При пожаре погиб его сосед по лестничной клетке, с которым он, коротая досуг, в своё время сыграл не одну сотню партий в шахматы.

- Барсуков, зафиксируй признание! - сухо распорядился побледневший лейтенант. - Что ещё? - Голос его, обращённый к задержанному, был резким, безжизненным, лишённым каких бы то ни было интонаций.

- Не могу... - всхлипнул человек в хитоне.

- Сможешь, - процедил лейтенант сквозь плотно стиснутые зубы. Смо-ожешь, мразь. Ну!

- Коммерсант, убитый тремя выстрелами в сердце...

Барсуков присвистнул: убийство известного в городе бизнесмена до сих пор оставалось нераскрытым.

- Трое кавказцев, растрелянные в упор во время заключения незаконной сделки... - безучастно продолжал человек в хитоне. - Главарь мафиозной группировки, погибший в автомобильной катастрофе...

Он ещё долго перечислял плоды своей страшной деятельности. Голос его звучал монотонно, едва слышно. Трое милиционеров, затаив дыхание, слушали леденящие душу признания.

- Это что же получается, а, лейтенант? - сказал Барсуков, когда задержанный замолчал. - Выходит, что все совершённые в городе за последние полгода убийства - на совести этого типа!

- Все, - с готовностью закивал человек в хитоне.

- Вот дерьмо! - снова выругался Гусев.

- Да кто ты такой, чёрт тебя побери?! - выкрикнул лейтенант, зло сверкнув глазами.

Из недр капюшона донёсся всё такой же монотонный безжизненный голос:

- Каин. Оноприенко. Чикотило. Марк Чепмэн. Сержант Вудс. Джек-потрошитель. Ли Освальд. Арджа...

На миг в помещении воцарилась тишина. Слышно было лишь тяжёлое дыхание троих блюстителей порядка.

Гусев грузно поднялся, не торопясь расправил ремень на форменных брюках, громко хрустнул суставами пальцев.

- Ну хватит, лейтенант. Мы достаточно наслушались этого ублюдка. Отдай его мне, всё остальное я сделаю сам.