- А если взять ткань близких родственников, тоже можно лекарство сделать? - Задал доктору вопрос.

- Я про это не читал, но думаю, что если это ткань матери или отца, то набор генов будет тот же. Так что теоретически это возможно. А вот муж по нашим медицинским понятиям - и не родственник жене вовсе. Гены не те!

- И зачем только таким дуракам непутёвым медицинское образование дают? Всё равно какие-то Гены там за них всё решают! - Разозлилась на зятя с хирургом бабка, и заперлась у себя в комнате.

Через неделю пришло Люсеньке и бабке Нюре приглашение в город Вену на обследование. Срок назначался на восьмое марта. И билеты на самолёт прилагались.

- Интересно, что это, Вы, мама, там обследовать будете? - Возмущался зять. - На Вас же пахать можно. Это мне у австрийских психиатров лечиться уже пора. Наши не справятся. Я уже год с Вами вместе живу! Скоро совсем умом тронусь! Эх, хоть бы раз в жизни на заграницу посмотреть!

- Это он не со зла. Это он за нас радуется так. - Определила бабка Нюра. Вообще-то он хороший. И Люсенька его любит. И он её. Просто не умеет он радоваться по-человечески от жизни этой собачьей.

Прилетели Нюра с Люсенькой в Вену. Встречают их вежливые люди. И по-русски как хорошо говорят! Везут в лимузине в клинику, обследуют. Бабке Нюре, почему-то особенно тщательно сердце исследовали. Потом приглашают к директору. Встречает их подтянутый маленький старичок. Крепкий ещё, вроде гнома. Сам лысый, но с седыми гусарскими усами. В костюме шикарном. Увидал! Из-за стола вскочил! Обниматься бросился! Как улыбнулся он, так бабка Нюра Пауля и узнала сразу. Зубы его кривые, от цинги пострадавшие, узнала. Кривые, да все свои. Не выпали, как и у бабки Нюры. Вот что хвоя сосновая делает! Пауль бумажками с результатами обследования трясёт.