Вздыхает. Снова пьет вино.

Разбудил меня приезд Кроликова. Лысый карлик отращивает бороду и выглядит это не столько забавно, сколько неопрятно, Впрочем, он неглуп и исповедует нетрадиционные мысли. Временами я начинаю думать об его нетрадиционной ориентации, то-то литературная карьера его пошла в гору. Да и жена его, похоже, порозовела с годами. К ужину приехала Наташа, часто и много щебетала о новом немецком поклоннике. Совсем опротивела мне. Напоминает мне Юлю, уехавшую в Израиль со стойкой мечтой о панели, на которой денег куры не клюют. Черные дела, черные мысли, прости меня Господи!

До Нового года осталось уже меньше двух недель. Экзотичные оцепенело-сковывающие морозы в Москве сменились кисельной оттепелью. То-то у меня уже какой день ломит поясницу, мелькнула мысль, а ведь я прихватил её на глазах изумленной публики. Не так ли?

Замечательное время наступило, страна! Наконец-то определились с гимном, гербом и знаменами. Можно вполне обойтись диалогом с самим собой и духовно плюнуть на череду правителей России, общим лицом которых стало явное отсутствие интеллекта. Сказать больше означает поставить себя в ряды очередного опального генерала или юридически подкованного "думца", что интеллигенту во втором поколении и потомственному дворянину, графу как никак, на самом деле строго-настрого запрещено. Так называемым общественным мнением.

Ну и времечко наступило! Очаровательное тудейко, растуды его в качель! Зарплату не платят в срок, чего уж мечтать о гонорарах! Издали мои переводы Набокова, дальнего моего родственника, между прочим, а договор не заключен и ставка неизвестна, Ясное дело, надуют. А власть жмет, скоро за воздух налог введут, за воду же давно платим. И последняя, что теплая, что холодная, все дорожает. Оглянитесь, везде одно и то же. Иногда мне кажется, что я сплю наяву или грежу.

Снова вздыхает и пьет.

Целый день один с тещей. В праздности, урывками смотрел телевизор и читал Льва Толстого.