Евсюков неслышно выдохнул струйку пара и переступил босыми пятками по узкой плите ограждения, принимая позу атланта. Плита мелко подрагивала в пазах.

Тени на портьерах наплыли одна на другую и разошлись.

"Я сейчас,-- услышал он игривый голос жены Щеглова.-- Прикрой форточку".

Фаддей Кузьмич подобрался: если Щеглов подойдет сейчас к окну и отдернет штору, чтобы прикрыть форточку, то неминуемо увидит его,-- и глянул вниз, соображая, не ухнуть ли ему в темные кусты?.. Но траектории сослуживцев не пересеклись. В щель между портьерами просунулась волосатаая мужская рука и лениво толкнула створку форточки. Щеглов начал раздеваться. "Ишь ты!..-- зло подумал Евсюков, наблюдая за его сгорбившейся тенью.-Деляга нашелся. На поклон к нему придут... Погоди у меня..." Фаддей Кузьмич вновь нащупал удобный выступ в стене, вновь вздохнул перед рывком и с силой распрямил хрустнувшее колено.

Сверкнув в воздухе босыми пятками, он оказался на третьем этаже.

Этаж третий.

Здесь проживал известный всеми дому Данила Фомич Кривых --грузный розовощекий дед, служивший по пожарному ведомству еще во времена медных островерхих касок и конной тяги. Фаддей Кузьмич скорее согласился бы загреметь вниз, чем предстать перед суровым брандмейстером в своем нынешнем виде.

Раз в неделю, а иногда и чаще Данила Фомич Кривых появлялся в кабинете у Евсюкова и, сдвинув кустистые брови, клал ему на стол очередное заявление, жалобу или проект. "У-вот,-- степенно говорил Данила Фомич и, посапывая, садился,-- прынес..." -- И смотрел на Фаддея Кузьмича строго и неотрывно.

Данила Фомич был живой историей пожарного дела в городе. Его сажали в президиумы, просили выступить перед новобранцами и пионерами. Суть его визитов в кабинет кадрового начальника сводилась к изобличению недостатков, захлестнувших, по разумению Данилы Фомича, пожарные части. Кривых уверял, что в управлении окопались "врыдители", и относил к ним, быть может, и самого Евсюкова, который несколько раз вежливо, но настойчиво отправлял старика в другие инстанции. Данила Фомич давно вышел на пенсию, но подрабатывал инструктором пожарной безопасности на городской свалке металлолома, где раз в четверо суток надзирал, как соблюдается длинный список предписаний. Остальное время Кривых посвящал борьбе с "врыдителями", чем и объяснялось его хождение к Евсюкову.