Такт

По белой рубашке расплывалось красное пятно. Он услышал, как вскрикнула кто-то из женщин, кажется, Наталья, и с отвращением подумал: "Ну надо же..." Рубашка немедленно прилипла к коже, было горячо. Олег встал и осторожно, двумя пальцами, стряхнул с груди капустины. Официантка стояла бледная, потом ойкнула, приложила лапку к виску и начала сбивчиво, нескладно извиняться, схватила салфетку, дернулась к Олегу, но он откачнулся и сказал: "Нет, нет, ничего страшного, я сейчас пойду и замою, не переживайте." Я тебе помогу, сказала Наталья, и Олегу ничего не оставалось, как согласиться. Они зашли в мужской туалет, Олег открыл воду и хотел было ладонью намочить суповое пятно, но Наталья перехватила его руку и сказала: ну что ты, ты так еще и брюки сейчас забрызгаешь, и рубашка будет по локоть в воде, снимай, снимай, я застираю. Олег секунду поколебался, упираться было глупо, я же не школьник, подумал он, что тут такого, расстегнул рубашку, вытащил ее из-под ремня и снял совсем. Наталья тактично не смотрела на него, пока он раздевался, подчеркнуто сосредоточенно возясь со смесителем, и рубашку тоже взяла не глядя, левой рукой, держа правую под теплой струей воды. Придержи, пожалуйста, рукава, сказала она, и начала осторожно мылить алое пятно. Олег держал рукава и смотрел, как движутся полные наманикюренные пальцы. Дома она точно руками не стирает, подумал он. Живой? - спросила Наталья. - Кожа-то хоть не болит? Да нет, сказал он, ну, не такое уж оно горячее, комплексный все-таки обед. Они оба рассмеялись, Наталья закрыла воду, сказала - все, отпускай, - и поднесла рубашку под сушилку для рук.