- Что же, прошу. Добровольцам почет. Ну, вы видели? Нашелся доброволец! Сам вызвался и правильно! Все равно все тут будете!

И издевательски:

- Ну-с, прошу... доброволец! Твое-то число - человеческое?.. Ну, ладно.

Короче, очень скоро я смотрю на него сверху вниз, хотя, как не странно, боли не испытываю. Вернее, есть какое-то представление о боли... впрочем, это трудно объяснить.

А он вдруг смеется:

- Нет, вы посмотрите на него! Герой!

Черный поднимает фонарь и с ним подходит вплотную, рассматривает, паясничает.

- Во, видали! Нашел-таки человека, каков? Все смотрите! Бла-ародный! До-обрый! Чувствительный такой! Герой! А?!

Оглядывается, широко поводит фонарем:

- Все видят? Сегодня удачный день! Есть доброволец! Есть идиот с чувствительной - но очень глупой! - натурой! Есть некто, кто пришел, ни в чем не успел разобраться и полез на рожон! Смотрите!

Снова ставит фонарь, спускает с плеча сетку и зачем-то трясет передо мной, а потом тыкает меня жезлом.

- Ну ты... Ты что же, вообразил себя спасителем? Или, чего доброго, Спасителем с большой буквы? Книжек начитался или сам по себе дурак? Комплексы, глупости вроде того, что дети - чистые души и цветы жизни? Комплекс жертвы? Мазохизм? Тебе бы к психиатру или психоаналитику, а ты сюда? Гер-рой... Претерпеть за ближнего? А ты его знаешь, этого ближнего? А может, ему поделом? Ты думаешь, сюда хоть один напрасно попал? Ты видел, как они его вытолкнули? И еще рады были, потому что, во-первых, не на них выпало, а во-вторых, интересно! А про него ты что знаешь? Может, он тебя бы сам с радостью того?.. Слушай, а может у тебя и правда заскок на идее искупительной жертвы? Тогда должен тебя разочаровать - ты никого не спас! Никого! Тут все обречены - не раньше, так позже! И себя погубил! Ты хоть понимаешь, что навесил на себя с полдюжины смертных грехов? Гордыня! Самоубийство! Богохульство! Да-да, и богохульство тоже; думаешь, я не понимаю, что распятие для тебя - не просто казнь? Да вы, добровольцы все думаете о сходстве с этим самым...