Удивленная и оторопелая дама хотела было что-то произнести типа "Фи!" или "Фу!", но, внезапно, священник, устав от своих громких речей, подтянул потуже рясу и крикнул: "Горько!"

Жених и невеста в момент припали друг к другу, и зал взвыл...

- Ах, как это им не противно, выдала третья подруга леди Рэйвн.

- Да, - подметила четвертая.

- Да, - подметила пятая.

- Да, - подметила шестая...

...- Я вам ничего не скажу, инки, - непонятно откуда возникло в голове это слово у связанного и контуженного Сэра Фредерика Форста, лечащего врача самой принцессы, теперь уже покойной, но он это произнес. И сделал это с достоинством и с высоко поднятой головой, насколько позволяли лианы и дебри.

Негры внезапно обернулись и посмотрели ему прямо вовнутрь.

Явно завладев их вниманием, обессиленный Форст продолжил:

- Я старый солдат, родился в Н-ском городе, в том же году. Я умру за свою страну, и ваши черные рожи меня не остановят. А есть у нашей страны такие армии, при виде которых у всех густонаселенных народов Африки глаза ихние округлые повыползают и губы в папирус совьются. А есть у этих армий такие снаряды, какие вам и не привидятся в самых страшных сновидениях, и пушки там здоровые, и бронемашины, и...

Но не успел вымолвить всю речь свою лечащий врач, как вышли негры все из тростника, и остался он наедине со старым прыщавым пигмеем, который медленно так потянул за узелок и развязал Сэра Фредерика, а как развязал, то вручил ему саблю его, подаренную ему в свое время самой принцессой во время прошлого похода. Потом взглянул так добро и подслеповато, и произнес:

- Кхм, кхм. Крмз. Уммм.

Но внезапно Форст, почувствовав едкую ненависть к этому больному доброму негру, всадил в него саблю прямо ему в сердце, схватил со стола важные документы и, посмотрев вслед падающему телу, геройски вышел из зала...

- Что за черт, - тихо прошептал Сэр Фредерик, стукнувшись о притолку в дверях церкви, - опять эти мерзкие сучонки гундят под нос. Старые паскудницы!