Славные, добрые, хорошие ребята! До чего же все они обрадовались, когда к капитану Яковлеву приехала из Владимира жена Мария Петровна с годовалым сынишкой Олегом! То ли все вспомнили свои семьи, своих младших братишек и сестрёнок, то ли вообще уже свойственно человеку радоваться, если у другого счастье. Словом, каждый пограничник был готов оказать Марии Петровне любую услугу, поиграть, позаниматься с Олежком. И каждый был очень доволен, если удавалось подержать его на руках, понянчить, развлечь, рассмешить какой-нибудь самодельной игрушкой.

Даже старшина Петеков смягчался, глядя, как мальчик, пошатываясь, растопырив ручонки, вышагивает по двору, а падая, не ревёт, а только забавно посапывает. Что бы там ни говорил Николай Ивлев— после памятной декабрьской ночи они стали друзьями, — как бы ни хвалил старшину, а Ермолай не мог перебороть чувства невольной неприязни к этому высокому, слегка сутулому Петекову. Почему коммунисты заставы избрали его своим партийным организатором? За что они его любят? Вечно он всюду суёт свой нос, вечно везде выискивает недостатки и неполадки. Кажется, дали бы ему право — он с утра до ночи заставлял бы всех пограничников подметать двор, ухаживать за лошадьми, таскать воду, полоть грядки огорода, мыть полы и окна, чистить и смазывать карабины и автоматы, до зеркального блеска надраивать сапоги, пуговицы и пряжки. И хотя бы когда-нибудь он улыбнулся, посмеялся, подхватил песню. Сухарь, служака, а не человек!

Ивлев говорил, что Петеков — круглый сирота, родители его погибли на войне, что он воспитывался в детском доме, а потом работал верхолазом на строительстве домны. Потому-де и суров с виду и несмешлив. Да разве это оправдание?..

И ещё один человек не нравился Ермолаю на заставе — повар Анатолий Сысоев. Сысоева и другие пограничники не любили — перед начальством заискивает, а на всех остальных глядит свысока. Правда, справедливости ради нужно сказать — повар он отменный: так приготовит гуляш и котлеты — язык проглотишь!